Баннер Единого портала государственных и муниципальных услуг (функций) Московская театральная школа Олега ТабаковаРезультаты независимой оценки качества оказания услуг организациямиКультура.РФ. Портал культурного наследия, традиций народов России

ОБРАЗ ЦАРЕВИЧА ДМИТРИЯ В ОПЕРЕ М.П. МУСОРГСКОГО «БОРИС ГОДУНОВ».

Главная страница Библиотека искусств Музыковедческие исследования Образ царевича Дмитрия в опере М.П. Мусоргского «Борис Годунов».
Версия для печати

Автор - Лариса Николаевна Никитина

музыковед, член союза композиторов России,

председатель предметно-цикловой комиссии «Теория музыки»

Псковского областного колледжа искусств

им. Н.А. Римского-Корсакова

Введение

Опера «Борис Годунов» не раз становилась объектом внимания исследователей. Конец 20 века привёл к пересмотру многих традиционных представлений об этом произведении. Большую роль при этом сыграло возвращение в исполнительскую практику подлинной редакции композитора, раскрытие многочисленных купюр, признание самостоятельного значения первой редакции произведения. Активно меняется и традиционная трактовка основных образов оперы, которая во многих постановках приводит подчас к полному переосмыслению концепции сочинения. Переоцениваются хрестоматийные представления об образе народа, обогащается новыми красками образ Бориса, на первый план выступают новые содержательные линии. Об одной из них и пойдёт речь.

В характеристике Бориса всё большее внимание привлекают этические проблемы, морально-нравственные коллизии. Образ убийцы, который во имя благополучия народа и страны  пролил кровь одного-единственного ребёнка, непосредственно ассоциируется с образами Ф.М. Достоевского и ставит перед слушателями вопросы, которые в 20 веке становятся основополагающими для всего серьёзного искусства. Оправдывает ли цель средства? Возможно ли всеобщее благоденствие, во имя которого приносятся в жертву немногие? Эти и другие вопросы ставит перед нами Мусоргский.

Среди персонажей оперы особое место занимает образ невинно убиенного царевича Димитрия. Его лик является царю Борису, в бредовых видениях, тревожит его преступную душу и в конечном итоге приводит царя к смерти. Интересно, что в музыкальном плане  Мусоргский не делает разницы между убитым царевичем и Самозванцем, хотя по сюжету Мусоргского и Пушкина (а также на основании исторических исследований) ясно, что Самозванец и  Дмитрий - не одно и то же лицо. (Авторы видят в Самозванце Григория Отрепьева, что весьма вероятно, но исторически не подтверждено безоговорочно). В музыке мы наблюдаем  тесную связь музыкальных характеристик Григория и Дмитрия -  оба персонажа представлены одной и той же темой, напоминающей лирическую протяжную песню. Лишь тембровая и гармоническая окраска  вносит некоторые нюансы в характеристики Отрепьева и Дмитрия.  Начиная со сцены в келье, где Отрепьеву приходит в голову мысль выдать себя за сына Грозного, тема убиенного царевича «передаётся» Самозванцу. Таким образом, тема царевича становится как бы темой возмездия для Бориса, напоминанием о его тяжком преступлении.  Образ Возмездия разворачивается как бы  в двух плоскостях: реальные действия Самозванца, ведущие Бориса к низвержению и лик святого царевича, к концу  оперы проступающий всё яснее и призывающий Бориса не только к людскому, но и к высокому божьему суду.

Именно эта линию, связанная с невинно убиенным царевичем, будет рассмотрена ниже.

Историческая основа

И Пушкин, и Мусоргский относились к историческим фактам как к поводу для размышлений и воплотили в своих сочинениях историческую правду высшего порядка. Мусоргский, который подобно Пушкину прекрасно ориентировался в доступных в тот время исторических документах и исследованиях, в своих произведениях нередко допускал сознательные отступления от исторических фактов во имя создания собственной  исторической концепции, непосредственно ассоциируя прошедшее с настоящим. Отступая от подлинника в деталях, он приближался к истинному духу истории, к её сущности. Так было в «Хованщине» (объединение многих исторических событий в одно, их хронологическое приближение друг к другу, изменение многих обстоятельств жизни и смерти Хованского и Голицина, объединении в образе Досифея протопопа Аввакума и Мышецкого, загадочное поведение Шакловитого и т.д.) Так произошло и в «Борисе Годунове». Использовав многие подлинные исторические документы и опираясь на исследования Пушкина, Мусоргский допускает некоторые исторические несоответствия. Андрей Щелкалов, обращающийся к собравшимся в прологе, в то время уже находился в отставке и не был думным дьяком. Избрание Бориса на царство показано односторонне, т.к. по новейшим исследованиям его воцарению противилась, в основном, наиболее знатная верхушка, низшие слои общества и духовенство его поддерживали. Борис был практически первым Царём, избранным всенародно. Изменены и некоторые качества героев (Марина Мнишек, например, не была красавицей), обстоятельства их жизни. (Самозванец сразу принял католичество в обмен на помощь иезуитов, Варлаам и Мисаил были, практически, агентами слоёв духовенства, желавших смены власти и организовавших появление спасённого Царевича) и т. д. Коснулось это и обстоятельств жизни и смерти Дмитрия.

Младший сын Грозного от пятого законного брака с Марией Нагой Дмитрий погиб 15 мая 1591 года в Угличе. Сразу после его гибели в Угличе начались волнения, во время которых по подстрекательству родственников Марии были растерзаны толпой основные подозреваемые и свидетели. В Углич была послана следственная комиссия под руководством Василия Ивановича Шуйского, будущего соперника Годунова в претензиях на престол. Сохранилось большое количество документов следственного дела. В состав комиссии входили окольничий Клешнин и думный дьяк Вылузгин. Они  придерживались различных политических ориентаций и зорко следили друг за другом. Комиссия выяснила, что смерть была вызвана несчастным случаем: оставшийся без присмотра Царевич в припадке падучей (Дмитрий страдал эпилепсией) накололся на нож, с которым играл. 

Гибель Дмитрия имела большое политическое значение. Хотя брак с Нагой уже не признавался церковью, как 5-ый по счёту, при жизни Грозного никто не сомневался в его законности. Царь Фёдор удалил Нагих в Углич, тем не менее, между братьями сохранялись хорошие отношения, и официально Фёдор именовал Дмитрия братом, одаривал подарками и пр. В это время смерть Дмитрия была невыгодна Годунову, т.к. его положение было достаточно стабильным. Он был официальным «правителем», зятем царя, в семье которого ещё мог появиться законный наследник, которому Годунов приходился бы родным дядей. О роли царя Годунов ещё не помышлял, даже после смерти Фёдора в 1598 году он надеялся посадить на трон сестру Ирину, оставшись лишь «Царским слугой». Представление о богоизбранности царской семьи и значении подлинной царской крови были неотъемлемой частью русского менталитета. Именно это во многом послужило причиной того, что Годунов впоследствии не смог утвердить на троне новую династию. Представление о законности избранного Царя сформировалось в русском обществе лишь в начале 17 века после великой смуты.   Смерть Дмитрия могла вызвать в стране беспорядки, которые в свете непосредственной внешней угрозы вторжения шведов и татар, были невыгодны власти и даже опасны для неё. Следовательно, даже если принять за основу версию насильственной смерти Дмитрия (а она возникла в ходе следствия, благодаря родственникам царицы), едва ли за организаторами убийства стоял Годунов.

Подчеркнём, что следствие полностью опровергло версию об убиистве, выдвинутую Нагими в целях оправдания собственных бесчинств: в результате организованного ими самосуда погибли 15 человек, в т. ч. Государев Дьяк Михаил Битяговский с семьёй, сын постельницы Грозного Василисы Волоховой Осип и др.

Все беспорядки в Угличе, Ярославле и Москве были спровоцированы Нагими и направлены против Бориса. Правительство ответило репрессиями. Был организован «сыск», в результате которого вдову Грозного насильно постригли и направили на Белоозеро, Афанасия Нагого и его братьев заточили в тюрьму, а многих жителей Углича подвергли жестоким наказаниям.

Расследование Шуйского достоверно подтвердило случайность смерти Дмитрия. Официальная церковь согласилась с результатами мирского расследования, а Дмитрия стали рассматривать как незаконнорожденного и не называли его царевичем.  Образ счастливо спасшегося наследника возник лишь в смутное время, вероятно, благодаря Романовым, которые также нуждались в претенденте «истинной» царской крови, чтобы оправдать собственные притязания на власть .

В 1606 году царь Василий Шуйский (он, представитель одной из старших ветвей Рюриковичей, имел гораздо большее право на престол, чем «худородный» Годунов.) для доказательства подлинности смерти Дмитрия приказал  привезти мощи Дмитрия в Москву и выставить для всеобщего обозрения. В это время Дмитрий был объявлен святым. Опровергая выводы собственной комиссии, Шуйский создал версию об убийстве Дмитрия «повелением Бориса Годунова».

С этого момента начинается традиция повествований о житии «невинно убиенного» царевича. «Повесть 1606 года», рассказ в «Новом летописце», а затем  целый ряд церковных произведений (письменных и иконописных) создают новый ангельский образ царевича, который не имел ничего общего с реальностью. Современники, знавшие младшего сына Грозного, отмечали его жестокий нрав, граничащий с садизмом. В церковной версии он превращается в невинную жертву, вслед за первыми святыми мучениками Борисом и Глебом. За мученическую кончину он и сподобился дара чудес и нетления. Именно эту версию представляют Пушкин, а вслед за ним и Мусоргский. Облик царевича в пьесе и в опере наделен теми чертами, которые придают трагедии Годунова особую выпуклость. Возникает портрет, близкий к тем изображениям, которые представлены в житийной литературе. Подчёркнут малый возраст ребенка (его везде называют «младенцем»), акцентируется его невинность и чуть ли не святость (тело ребенка, положенное после смерти в церкви, остается нетленным, что есть неотъемлемый признак святости, о том же говорят чудесные исцеления у гроба царевича).

Музыкальное воплощение «Жития»

В опере Мусоргского рассказ о царевиче Дмитрии рассредоточен во времени. При этом каждое возвращение к нему становится отправной точкой для резкого поворота в драматургии. Рассмотрим этот рассказ подробнее:

Впервые образ царевича появляется в 1 действии (здесь и в дальнейшем мы опираемся на 2 редакцию оперы) в рассказе Пимена Этот рассказ не был включён Н.А. Римским -Корсаковым в свою редакцию оперы, которая долгое время была в России наиболее широко распространена. Между тем Мусоргский придавал этому рассказу большое значение, выделив его в самостоятельный номер. В рассказе Пимена  (ц. 33, со слов «Ох, помню!») перед слушателем разворачивается живая картина истории, как бы оживают страницы летописи. Оркестр рисует и настороженные шаги Пимена (ц. 34.), и трагический набат (ц. 35), и яростные крики толпы (ц. 37). Поразительна и форма рассказа: всё повествование, насыщенное красочными подробностями,  построено на одной интонации. Мусоргский блестяще и очень индивидуально использует метод монотематизма. Тема Царевича звучит в рассказе трижды. Впервые - трагически: в a-moll (Ц,36. «Лежит в крови зарезанный царевич»),  в окружении тремоло струнных, спускающихся вниз по хроматизму. Затем - словно взывая о мщении: в E-dur  с минорными натурально-ладовыми оттенками (ц. 40. «Чудо - вдруг мертвец затрепетал»), на f, подчёркнуто акцентировано. Эта же тема венчает рассказ  ( 1 т. до ц. 42 «И царствовал») - в сияющем нимбе «золотого» Es-dur.  Этот рассказ приводит к резкому перелому с развитии действия: Григорий принимает решение о самозванстве. В его монологе, завершающем картину, вновь звучит тема Царевича (2т. до ц. 49. «о жребии несчастного младенца») В монологе проводится также тема Пимена - летописца , а последние слова Григория : «И не уйдёшь ты от суда людского, как не уйдёшь от божьего суда», раскрывают смысл обеих тем.

Следующий важный этап в развитии образа - рассказ Шуйского об отпевании и погребении Димитрия во втором действии оперы (ц. 92 «В Угличе, в соборе»). Рассказ звучит в  Fis-dur, непосредственно вытекая из предыдущих сообщений Шуйского о царевиче («Димитрия воскреснувшее имя» 1 такт до ц. 81). Написанный в прозрачных импрессионистических красках, рассказ основан на покачивающейся мелодической фразе в оркестре в жанре колыбельной. В  опере «Борис Годунов» такая  вращающаяся в диапазоне кварты или квинты мелодическая линия прочно ассоциируется с образом   далёкого небесного света, божьей благодати (например, в речи Щелкалова: «И озарит небесным светом» - ц. 27; хор калик перехожих: «Слава тебе творцу всевышнему» - ц. 28. и т.п.). Словно окутанная нимбом в центре рассказа Щуйского звучит тема Царевича: «Но детский лик царевича был светел» (Ц, 94). Драматургический эффект этой тихой кульминации огромен. Действие разворачивается в двух планах: ейные реплики Шуйского звучат безмятежно, а в душе Бориса растёт тревога. Он прерывает рассказ Шуйского на полуслове. Далее следует сцена с курантами.

Подобный драматургический приём  использован и в 4 действии. Неторопливый рассказ Пимена о чудесах у могилы Димитрия оказывает сильнейшее психологическое воздействие на Бориса, а в конечном итоге ускоряет его смерть. Этот драматургический эффект усиливается необычной трактовкой формы. В рассказе намечается трёхчастная репризная форма (не частая в оперной музыке Мусоргского), но реприза не завершается. Рассказ вновь обрывается на полуслове криками Бориса.   Тема Димитрия использована в рассказе дважды в среднем разделе: «Димитрий я царевич» (ц. 44 - в A-dur); «Господь принял меня в лик ангелов своих» (3 т. до ц. 45 - в As-dur). Тремоло струнных в сопровождении создаёт образ святого чудотворца, окружённого небесным сиянием.

Рассказ о смерти Дмитрия пунктиром проходит сквозь всю музыкальную ткань оперы и становится как бы ещё одним планом драматургической структуры оперы. Словно в композиции древних икон перед слушателями открывается лик Святого и клейма с эпизодами его жития. Этот новый драматургический план заставляет переосмыслить поступки Бориса, апеллирует к  христианским корням русской культуры. Развитие этой житийной линии непосредственно предвосхищает драматургию «Хованщины» с её сложнейшими историческими и религиозно-философскими переплетениями.

Библиография.

1. История русской музыки т. 7. М. Музыка 1994.

2.Головинский Г.Л. Сабинина М.Д. Модест Петрович Мусоргский. М. Музыка 1998.

3. Ключевский В. Русская история. Мысль 1993.

4. Россия. Полный энциклопедический справочник в схемах, картах, таблицах. М. ОЛМА-пресс.2005. Автор-составитель - Дейниченко П.

5. Перевезенцев С. Россия. Великая судьба. М. Белый город 2006.

6. Православная вера. М. ОЛМА-пресс. 2002. Автор-составитель Будур Н. 

7. Скрынников Р. Борис Годунов. М. Акт. 2002.

8. Четверухин С. И. «Дмитрий - царевич» // Прометей. Историко-биографический альманах серии «ЖЗЛ» т.16. М. Молодая гвардия.1990.


Информация

Псковский областной колледж искусств имени Н. А. Римского-Корсакова - основное образовательное учреждение Псковской области, в котором осуществляется подготовка профессиональных кадров в сфере культуры и искусства.

Подробнее...



© 2018 Псковский областной колледж искусств имени Н. А. Римского-Корсакова